«Старался никогда никого не слушать – это самое главное»

Май текущего года стал богатым на события для Евгения Чумака - Народного художника Украины, скульптора, - в один месяц уместились сразу два юбилея: 40-летие творческой деятельности и собственное 65-летие. К важным датам приурочили открытие выставки Евгения Федоровича в помещении галереи искусств.Автор «Богородицы», «Андрея Первозванного», «Журавлей», памятника Михаилу Матусовскому и других монументальных творений рассказал о нелегком жизненном пути человека и художника.

- В прошлом году Вы получили звание почетного гражданина Луганска. Изменило ли это что-то Вашей жизни?

- Нет, нет, не изменило. Что касается меня – я всегда проходил через большие трудности. Это только кажется, многим кажется, что творчество – это просто и легко. Я много работал – преподавал, вначале в Художественном училище 6 лет, потом еще 6 лет в университете Шевченко (ЛНУ). Молодым людям, студентам всегда казалось, что если сегодня у тебя не получилось что-то «сотворить», то получится завтра, не выйдет завтра – так послезавтра… И так они доходили до упора, но ничего не получалось. Я был самым молодым преподавателем в Харькове, даже надевал специальный ромбик, значок преподавателя, чтобы отличаться от студентов, которые были на 10 лет меня старше… Но преподавание строится в первую очередь на огромном энтузиазме, это дело нужно до предела любить. Зарплата была в то время 135 рублей, а жить семейно – у меня уже был ребенок – практически невозможно. Поэтому поездил по Союзу: работал в Ленинграде, Новгороде, Тюмени…

- …не по профессии, перебиваясь заработками?..

- Нет, по профессии. В Тюмени я выиграл конкурс, объявленный среди учебных заведений СССР, нужно было оформлять город. Тюмень в то время называлась «столицей деревень», но это был областной центр. Приняли решение строить многоэтажки, школы, большие спортивные сооружения. Я выиграл конкурс по школе, которую открывал лично Брежнев. Огромное пятиэтажное здание… Собрали бригаду из 6 человек, я стал бригадиром. Тогда в Тобольск завезли цветное стекло, и мы его кололи и набирали мозаику – эффект был обалденный…

Потом я вернулся домой; заехал в гости к родителям, и остался работать в училище. До того меня отправляли в Ленинград, я был там на практике, но ректор – Шапошников, царство небесное, - не отпустил меня, оставил в Харькове. В целом же, Луганск – моя родина, хорошо меня встретил, радушно… Хотя, конечно, были люди, творившие пакости. Серьезные, такие, после которых не выживают…

- Что это было? Зависть?

- Даже не зависть, а указание не допускать молодых до «нормальных» мест. Для меня это дикость: никогда, во времена работы преподавателем, я никому не вредил, не напортачил, не «заворачивал» молодых… А так, люди, которые были старше лет на 25-30 меня, всегда были против… Но я научился, особенно во время занятий спортом, а я неплохо боролся, отвлекаться от этого, пропускать вне себя… Конечно, я не чувствовал поддержки, было неприятно, но я головой уперся и добился того, что имею…

Вот, к примеру, звание Народного художника: сначала получаешь заслуженного, а потом, через 10 лет – обязательное условие – должен показать свою выставку и попытаться получать Народного… В Луганске кроме меня таким званием никто не обладает, как и в Донецке, Харькове, Симферополе, Запорожье, Днепропетровске… Есть во Львове, в Киеве… Какая это задача: родить человека, воспитать его, «сделать», чтобы он остался в городе, а не уехал заграницу и растворился… Это же даже не театр, а еще более сложная и тонкая вещь: у нас в Союзе Художников – 300 человек, из них только 4 – Народных…

Многое, конечно, зависит от областного центра. Бюджет слишком мал, чтобы сделать хороший памятник. Вот, к примеру, «Журавли» - в нем 11 тонн бронзы. Каждая птица – 200 килограммов. А вот на льве сидит молодой человек, расписавшийся на Рейхстаге… В каждом творении стараюсь досконально провести свою мысль: он ведь сидит на символе Берлина, он, победивший всю объединившуюся Европу, и играет на трофейном аккордеоне «Катюшу»…

…Компьютером я не пользуюсь, он - инструмент для подражания… Берешь, сдираешь чужое, дополняешь своим, – готово. Настоящий художник компьютером не пользуется, он ему не нужен. Как и тысячи лет назад, я все делаю сам. При этом, представьте, нужны расчеты. Вот как «Богородица»: она из цельного блока, итальянского чистого мрамора, каракского, из которого рубил Микеланджело. Кроме Луганска, памятник из подобного материала в Украине есть только в Киеве…

- Как рождаются памятники?

– Обычно так: приходит хороший дядя, и говорит, что нужно сделать памятник… (смеется – ред.). Поверьте, я делал эти памятники практически бесплатно. Если я получал бы полагающуюся за подобный труд зарплату – был бы миллионером. Но я не заработал – денег, финансирования не было. Понимаю, что денег у нас не было, нет и не будет…

Спасибо руководителям области, находившим средства – Тихонову, Ефремову… Они находили деньги на материалы, подготовку…

- Как проходят творческие конкурсы, отбираются идеи?

- Дается тема, и начинается поиск идеи. В жизни я выиграл 7 конкурсов. Когда, к примеру, объявили подобный к 2000-летию рождества Христова, там принимали участие луганчане, дончане, киевляне… Среди них выбрали мою работу.

- Памятник – явление глобальное, требующее длительной подготовки…

- Порядка 3-5 лет. Здесь – идея, нахождение денег, все прочее… Рисуешь, думаешь, творишь, хочешь, конечно, понравиться дядям, делаешь макеты. Важно, чтобы поняли тебя; показать, что ты достоин. А если ты еще самый молодой серди участников, кто подаст тебе руку – скорее палкой…

- Что Вы думаете о критике? Как к ней относитесь?

- Если бы я не чувствовал критику… Я старался никогда никого не слушать – это самое главное. А критика… Мы все разные, так будь же ты разным, не объединяйтесь в группу неудачников… Я учился в училище – никого не слушал, в институте – тоже, и теперь… Если у человека есть мысль – ты должен сам ее защитить, свою идею… Доказать, сделать, и тогда я скажу – какой молодец, какой умница… А люди проигравшие, которые, простите, ни фига не делают… О чем здесь говорить…

Вот, как проходят конкурсы. Объявляется, где будут выставляться работы – это решение исполкома. Дается срок – 3 месяца. И в определенный день ты должен принести свои идеи и предоставить на суд. Но однажды был скандал: я увидел, что работы, которые приносили некоторые участники, не собирались в одном месте, а сбрасывались в углу… Я думаю: будут дорабатывать. И точно: прихожу на следующий день, а они, посмотрев все работы, дописывают свои. Я написал… ну, не донос, хотя можно назвать это и доносом, прошение, и их, правда, сняли с конкурса… А потом такие люди пишут жалобы, что Чумак выигрывают все конкурсы. Сначала опубликовали в одной из местных газетенок, потом написали Президенту… Тогда был еще Ющенко, и он ответил, через Министерство культуры, что, если Чумак играет в конкурсе, то они проигрывают… Президент ответил: а вы не играйте… Хорошо, с юмором.

И вот все эти люди, эта мразь, те, кто делает в бетоне, это они… Я делаю из прекрасных материалов, которые будут 500 лет стоять… На обратной стороне я всегда расписываюсь: везде там – «Женька Чумак». Так вот, и они проигрывают… Я, например, никогда не играю в карты – не люблю. И не сажусь. Чтобы быть мастером игры, нужно посвятить ей приличное время, отдать часть жизни… Я отдал его искусству, доказал, что достоин… Я член международной ассоциации «Художники мира», а где вы еще найдете в Луганске такого человека?.. Мое имя занесено в «Золотую книгу», а вас, простите, куда занесли? И они это видят… А если бы мне дали больше денег – я больше бы сделал, интереснее…

- Расскажите о выставке.

- Мне 6 мая исполнилось 65 лет, это юбилей – после 60 каждые пять лет отмечаются как юбилей, а после 80-ти – каждый год… Выставка посвящена моей дате, и она своеобразный отчет – я отчитываюсь перед земляками, каждые пять лет, и есть люди, которые четко следят за программой, которую сделал я…

Здесь много памятников, посвященных Великой Отечественной войне… Ее называют всемирной, хотя она не настолько всемирная, как нам хотят показать… Вот отношения с соседними государствами: Сталин видел, что скоро начнется война с Польшей, Чехией, Венгрией… Я связан с той войной, ощущал это, когда делал памятники: когда мы делали памятник «Три солдата», на месте возле церкви, во время заложения фундамента под работу одних лопаток нашли – страшное дело… Есть шахта «Четыре Бис» – там должен был стоять памятник, но то ли не захотели раскрывать тайну войны, то ли что еще… Туда привозили машины-душегубки – автобусы, только без окон, одна дверь, и все отработанные газы идут в салон. Людей из Харькова привозили теплыми, но они уже были мертвы. Можете мне верить, можете нет – но я говорю правду… Я несколько раз столкнулся с таким в жизни…

…Эти памятники – в честь родителей, дедов – которые воевали, отдали труд на благо народа. А правильно, не правильно, что строили социализм… В любом случае, они победили и построили то, где мы сейчас живем… Мой дед, мой отец… Строить надо, а мы все копаемся, копаемся…

Но что получилось в итоге? С нами же никто не поделился! Мы общество, которое строит государство… Как это: одному человеку может принадлежать завод, который строило столько народа?.. Вот здания, в которых мы сидим, музеи, кинотеатры, и они говорят – это мое… Попробуешь возразить – могут убить… Но это неправда, не может это принадлежать одному человеку… А другие заводы: растащили, продали на металлолом, и теперь покупают китайскую ванну, которую завод раньше выпускал – хорошие ванны, а теперь мы покупаем их аж в Китае… Конечно, просто сдать на металлолом, а ты докажи, что сможешь построить завод, который станет конкурентоспособным на рынке! Каждый шаг неправды связан с людьми, которые присасываются… Приходит кто-то к власти – и они сразу – раз… Это совершенно иное чувство внутри человека…

- По Вашим рассказам, внутри творческого сообщества – очень напряженные и сложные отношения…

- А при чем здесь я? Кто-то хорошо учился, кто-то нет… Мы все разные: бывает лидер, бывает второй лидер, и бывает общество работящих людей… А если ты не научишься думать – что ты сможешь сделать… Не копируй: пусть элементарно, но твое… Каждая штука, мелочь, казалось бы, в работе – найти бронзу, отшлифовать шарик, сделать трофейный аккордеон, – все это очень индивидуально… Я родился после войны, и если бы видели, в каком состоянии находился тогда наш Луганск – сейчас тут живет почти 500 тысяч населения, а тогда было – 25 тысяч… Они собрались, построили…

Если строят, то все должны строить. А сейчас как получается – мы строим, я кладу кирпич, а Вы говорите – да ладно, давай его лучше продадим… И следующий так же… И я никогда не построю, и буду себя ущербно чувствовать, и ничего не выйдет…

- Когда Вы выбирали профессию, не боялись ли невостребованности, не ощущали, что это «несерьезная» работа?

- Нет, в то время это был достойный уважаемый труд… Памятников много делали, скульпторов было преогромное количество. Да, они всегда грызлись, но первым никогда не может быть недостойный человек… А я – достойно живу и борюсь, а без зависти, без надсмотрщика, который приглядывает за тобой – без этого нельзя… Самое главное – что мы разные, и вместо меня придет другой… Хотя, луганская земля может родить, а может и не родить… Вот в Харькове, когда я учился, было 2 Народных художника, затем они умерли. Сейчас прошло 35 лет, и Харьковская земля не родила Народных.

Моя профессия не совсем мирная, я стараюсь, чтобы мое искусство воспитывало людей, доносилось до них… Я был на кладбище позавчера, там столько уже этих ребят, возрастом 85-86 лет, ушедших на фронт, когда им было 16… А многие были призваны старше – в 21… Может, кто и остался, но по 100 лет мало живут… Я хотел показать, что это за люди, что они сделали, и мы должны о них помнить… Как можно без этого жить?..

Посмотрите, как заграницей: мы стараемся быть хоть как-то похожи на Европу, но у них памятники - мрамор, гранит, бронза, и будут по 500 лет стоять… А если всего этого не будет, будут общежития… И что тогда? Город только обогащается, когда в нем появляются памятные доски, памятники о войне, о мудрости людей… Представьте себе, что в 2000 году вот этого памятника не было, вот этого не было… Ну, выходите на площадь, посвистите, выпьете пива… Но потом – елки-палки, а что же делать?… Это история, без которой жить человеку нельзя. Вот, например, забыли Чернобыль – и тут же в Японии шарахнуло так, что вспоминать будут и в Америке…

- Как Вы думаете, можно ли научить художника?

- Научить нельзя. Он будет смотреть тебе в глаза и в рот, повторять. Лучше, когда он рождается сам. Почему сам Бог сказал – учитесь, но молодым можно считать человека до 33 лет… После собери все свои знания, но не повтори ничье слово. Да, ты можешь своему народу быть непонятным, но основная масса все равно старается разобраться и понять, что задумали вы или я… И я работаю так – это мое творчество, а вы, отучившись, делаете не все такое… Вы – иной человек, мы все непохожи…

- Есть расхожее выражение: «художник должен быть голодным»...

- Нет, вы что… Это доведенный до маразма какой-то человек, который обращается так со своим народом мог сказать… Вы знаете, сколько стоит этот материал, я работаю над ним 5 лет, я же должен существовать, мне должны платить какой-то минимум… Я старался быть не голодным, я всячески стремился накормить свою семью – и если есть глава семьи, он должен быть достойным человек, который кормит свою семью… Многие художники говорят, что не знают, для чего живут… Не знает он, для чего работает, и говорит, что как бы в мусорный ящик… А достойный человек говорит – я сделаю и выставлюсь, а когда мои работы выставят – я достойно поем… А подобные теории – это против человечества… Как можно загонять человека?

Чумак Евгений Федорович – художник, скульптор. Родился в Коммунарске, ныне Алчевск Луганской области. Закончил Луганское художественное училище (1965), Харьковский художественно-промышленный институт (1970). Работал преподавателем Луганского художественного училища, скульптором Луганского художественно-производственного комбината. С 1973 г. участвует в выставках. Член Союза художников Украины (1982), Международной ассоциации «Художники мира» (1996). Занесен во «Всемирную энциклопедию художников мира всех времен и народов» (издание Лейпциг-Мюнхен, т. 23, 1999), в «Золотую книгу Украины 2000». Профессор Луганского национального педагогического университета им. Т. Г. Шевченко.

Андрей Аношин

Аношин, А. «Старался никогда никого не слушать – это самое главное» [Электронный ресурс]: Чумак Евгений Федорович / Андрей Аношин.- Режим доступа:http://xxivek.com.ua/article/1918.- Назв. с экрана

Режим работы

Понедельник-Четверг - 9:00-18:00
Пятница - выходной
Суббота, Воскресенье - 9:00-17:00

Санитарный день - последний четверг месяца

На нашем сайте и в соцсетях в режиме 24/7

Контакты

Адрес:
91053 ЛНР,
г. Луганск, ул. Советская 78

Почта:
gorkiy.library@gmail.com

Карта сайта

Счётчики

Яндекс.Метрика
Индекс цитирования
Copyright © 2020 Луганская Республиканская универсальная научная библиотека им. М.Горького

Меню